Пять веков русской модернизации

Мир так ужасен только с потребительской точки зрения. Наш север всегда был некоторой разновидностью Непала. Если в Непале построить "Макдональдс", там получится одна из провинций Запада, причём одна из беднейших. А это просто другой тип цивилизации, и нельзя сравнивать их какой хуже - это очередное сравнение мягкого и тёплого.

Хуже будет, только если останется лишь один тип цивилизации, а остальные будут уничтожены.

Это-то очевидно.
И идея типа "почему россия не америка" -- тоже понятна.
Но: 1) если так стараемся и не получается, то становится обидно
2) если у нас другой тип цивилизации, то хочется сформулировать её различия

> 1) если так стараемся и не получается, то становится обидно

Кто-то из великих полководцев прошлого сказал: "От планов, как правило, мало толку. А вот без планирования не обойтись." В процессе реализации лунного проекта был изобретён тефлон. Не говоря уже о капилярных авторучках. Маленький малчик мечтал стать президентом, чтобы с утра до вечера смотреть мультики. Не так важно, получается ли что-нибудь в результате тех или иных попыток, и что именно получается. Важны сами попытки - не переставать пробовать примерять на себя какую-то новую жизнь, отсекая в итоге от неё лишнее, ненужное, неорганичное. Становясь так или иначе другим, оставаясь собой.

> 2) если у нас другой тип цивилизации, то хочется сформулировать её различия

Они сформулированы.
1. Поиск истины, а не выгоды. Нам не очень органична деятельность, в которой успешность напрямую связана с окупаемостью, прибыльностью.
2. Помощь слабым. Нам не очень органична конкурентная борьба, уничтожение слабых.
3. Жизнь по совести. Нам не очень органична жизнь в соответствии с внешним цензором, у нас последнее слово всегда за внутренним цензором.

Поэтому когда мы пробуем играть в эти чужие игры, результат предсказуемо диковат :) Это ничего, и в это когда-нибудь наиграемся.

Это звучит как "мы молодцы, они мудаки". Мне не верится, что всё настолько чёрно-бело. Для японцев тоже характерна конкуренция -- с их пожизненным наймом, тоже противна истина -- с их культурой дзен?

Если игра идёт пять веков из двенадцати максимум... то это как бы не игра.

Ну - я так утешительно формулирую только в тех случаях, когда слышу от собеседника "ну почему они молодцы, а мы мудаки" - не замечаешь тоже некоторую чёрно-белость? :)

Кстати я с большим удовольствием езжу на Ладе и следующая моя машина будет тоже Лада. И все эти стоны "ах почему Лада - не Ситроен" мне слышать странно. Потому что есть люди, которым нужна машина для поездок на работу и на Байкал, у которой от поездки на Байкал ничего не отвалится в подвеске, как отвалилось у ездившего с нами Форда, и у которой замена разбитого лобового стекла - копеечный ремонт, причём оплаченный в счёт копеечного же КАСКО. Пусть где-то будут Тойоты и Ситроены, но оставьте мне Ладу :)

Но это так, лирика. Я уже где-то писал, что жизнь в нашем климате всегда была разновидностью экстрима. И поэтому люди, которые здесь живут, всегда делились на тех, кому экстрим в кайф, и тех, кто не прочь был бы поменять этот экстрим на какой-нибудь комфорт. Или уехать в этот комфорт, или перетащить этот комфорт оттуда сюда. Но тип нашей цивилизации всё-таки аскетический. Поэтому если вокруг меня вдруг образуется какая-нибудь японо-германия со всеми удобствами - я предпочту свалить куда-нибудь на Марс :) Но что-то мне подсказывает, что ни Марс, ни японо-германия в обозримом будущем мне не грозит :)

Мы когда были в Париже, однажды видели Ниву старой модели :) говорят, для активного отдыха -- одна из лучших машин на свете. Однако ж её с производства сняли, чтобы делать безликий и бестолковый Шевроле.

Мне интересно наше стремление быть не хуже конкретно в научно-техническом прогрессе, в уровне быта, и то, что это стремление мы никак не можем до конца реализовать. Я не думаю, что они молодцы, а мы -- нет. Кажется, пришлось бы мне выбирать между Парижем и Красноярском, выбрал бы Крск -- там у людей лица красивее. И природа ни в какое сравнение не идёт.

И именно потому, что я -- убеждённый национал-патриот, я так переживаю о нашей неустроенности. О том, что даже то, что хочется, не можем до конца. Переживаю о том, что крадут, о том, что метр в квартирах в новом доме, который видно у меня из окна, стоит больше, чем я получаю в месяц, хотя -- блин, по чести не стоит он этого. При том, что цены здесь по меркам страны очень низкие...

То, что меня выводит, -- это несправедливость и бессовестность. И здесь мне хочется верить в чистоту русской души, в пункты 1-2-3, но где это на практике? Говорят ли об этом где-то вне кухонь?

> Однако ж её с производства сняли
http://www.autoreview.ru/archive/2009/15/niva/
- ещё не скоро снимут - я по Ольхону на такой поездил, вот это зверь! В машине 5 человек, на 2-й передаче не выехала на песчаную дюну. Думал откатимся назад - фиг. Водила врубает первую и с места по глубокому песку завершает почти вертикальный подъём! И такая машина новая стоит всего 260 тыс + гарантия - аналогов по соотношению "чо может/цена" больше нет.

> То, что меня выводит, -- это несправедливость и бессовестность.
Вот это и есть первый пункт. Попытка докопаться до истины. Поиск справедливости.

Я потом поподробнее ещё что-нибудь сформулирую, сейчас убегаю...

Так вот, что хотел сказать.

Наш мужик формировался в условиях рискованного земледелия. Это означает, что урожай в нашем климате можно успеть снять только один (в то время, как на юге в год два-три урожая легко снимают), и этот один урожай сильно зависит от того, насколько угадаешь с погодой - а она у нас каждый год разная, со сдвигом на пару месяцев тепло и холод могут наступать. Сравни с Египтом, где по разливу Нила календарь придумывали. Что имеев итоге как среду выживания? Короткое лето, полное изнурительного труда, слажаешь - другого шанса не будет, будет голодная зима. Но даже если не слажаешь, сделаешь всё по-максимуму - это не гарантирует успеха, может просто не повезти с погодой и всё равно полное фиаско. А потом - долгая девятимесячная зима, когда делать особо нечего, кроме как проедать запасы, думать думы и разговаривать разговоры. До следующего аврала.

Наши бояре, обирающие мужика, постоянно натыкались на то, что на него как сядешь, так и слезешь. Ленив, склонен к фатализму. Потому завидовали Европе с тамошним уровнем жизни (читай индивидуального комфорта властьимущих). Там же если вложишь вдвое больше усилий, получишь пропорциональный результат. Такая структура деятельности поощряет честолюбие и перфекционизм. Дескать не ленись, и всё у тебя будет. А если у тебя всё плохо, значит сам виноват.

Нам реально удалось рвануть в прогрессе в двадцатом веке, когда мотивацией для прогресса были объединение усилий и чрезвычайно интересные и заманчивые цели впереди. На кураже. К середине двадцатого века мы стали опасно конкурентоспособны по всем областям, связанным с прогрессом, и усилия по разрушению этой конкурентоспособности были предприняты титанические и одновременно филигранные. Примеров множество, из моей области - подарок Союзу Союзу двух заводов по сборке IBM 360. Раз подарок - надо брать. Раз есть халява - собственные проекты (суперкомпьютеры Мир и Антей) можно свернуть. А то, что IBM/360 - устаревающая рухлядь (на подходе были IBM/370), что заводы будут 10 лет собирать и отлаживать, что дарить ПО не предполагалось, и его пришлось натурально выкрасть... В общем с тех пор у нас нет своих компьютеров, кроме специализированных аналоговых (!), применявшихся на космических кораблях.

Но самым сокрушительным ударом была экономическая реформа 1965 года - спровоцированная всё той же западной моделью экономики. Процитирую:

На рубеже 60-х годов наблюдается некоторое снижение темпов экономического роста. Основная причина этого - экономической реформа 1965 года, которая усилила роль прибыли и дала приоритет стоимостным показателям над натуральными. До реформы прибыль играла лишь учетную роль. Считалось, что "убыточность или прибыльность отдельного предприятия ничего не показывают в плановом хозяйстве, кроме ошибочного установления цен". Реформа наделила прибыль еще оценочной и стимулирующей функциями, которых ранее, еще в 1929 году, она была лишена. Предполагалось, что, если предприятия смогут переводить часть прибыли в свои фонды поощрения, то это решит проблему стимулирования труда, обеспечит снижение издержек производства и заинтересует коллективы в напряженных планах. Но на практике произошло нечто совершенно иное.
Поскольку стоимостный показатель (прибыль, рентабельность, чистая продукция) по своей природе есть выражение издержек производства, а не его эффективности, то суждение об эффективности деятельности предприятия по величине произведенной им стоимости равносильно, как образно заметил еще известный авиаконструктор и хозяйственник О. К. Антонов, оценке работы ТЭЦ не по выработке электроэнергии, а по количеству сожженного угля: чем больше сжег, тем лучше сработал. Возник хозяйственный механизм, в котором затраты приобрели статус результатов. Собственно, такой механизм уже однажды был в истории нашей страны, в период с 1927 по 1929 год, но тогда в нем сравнительно быстро разобрались.
Покажем, как этот механизм создал дефицит, вел к растранжириванию труда, торможению научно-технического прогресса и другим отрицательным последствиям.
Дефицит. Поскольку предприятие заинтересовано в получении прибыли, то оно стремится в первую очередь выпускать выгодную для себя продукцию. Но поскольку затраты труда на выпуск той или иной продукции непрерывно меняются благодаря научно-техническому прогрессу, лучшей организации труда, а оптовые цены на нее относительно устойчивы, то разные виды продукции, в разное время неодинаково выгодны предприятию. Оно начинает под всякими предлогами избавляться от невыгодных изделий. В итоге нехватка отдельных видов продукции, невыгодных предприятию, но крайне нужных для народного хозяйства страны и населения.
Растранжиривание труда. Механизм, толкающий к этому, следующий. Предприятие стремится к прибыли, но прибыль зависит от оптовой цены, а исходной основой для расчета ее служит себестоимость, последняя же зависит от затрат рабочего времени. Следовательно, чем больше затрат труда, тем выше себестоимость продукции; чем выше себестоимость, тем более высокую цену установят на нее плановые органы; чем выше цена, тем выше прибыль предприятия. Какой же смысл экономить рабочее время, сокращать затраты ручного труда, удешевлять продукцию, когда противоположная тактика ведет к росту прибыли и создает видимость успешной работы.
Рост цен. Ориентируясь на прибыль, производители, естественно, стали заинтересованными в более высокой цене на свою продукцию. И здесь выяснилось, что достаточно представить в органы ценообразования при утверждении цены на новое изделие документацию, подтверждающую завышенные затраты прошлого и живого труда, и необоснованная цена вступит в силу. Фабрикация подобной документации стала предметом особой заботы на некоторых предприятиях. И хотя органы ценообразования стараются препятствовать росту цен и возвращают до трети заявок из-за явного завышения затрат, тем не менее интерес к завышению цен пробивает себе дорогу. Известен случай, когда производительность новой машины не изменилась, надежность ухудшилась, а цена возросла в 2,7 раза. Совершенно очевидно, что прибыль, полученная за счет завышения цен, увеличивает необеспеченный спрос, усиливает дефицит материалов и изделий, расшатывает финансово-кредитную систему страны.
Торможение научно-технического прогресса. Научно-технический прогресс снижает затраты труда, а тем самым и стоимостные показатели работы предприятия, а следовательно и прибыль. Зачем же себе вредить? В Ленинградском объединении "Светлана" создали новый газоразрядный прибор, более точный, долговечный и дешевый, и приступили к его выпуску. В результате резко упали экономические показатели работы предприятия, в том числе реализация, производительность труда, фондоотдача, рентабельность. В объединении "Уралхиммаш" конструкторы разработали новую установку для электролиза, которая заменяет шесть старых по производительности и стоит дешевле. Предприятие не внедряло новинку, поскольку, произведя вместо шести установок одну, оно тем самым уменьшит сумму произведенных стоимостей, а следовательно и показатели своей работы.
Можно было бы показать механизмы и других отрицательных явлений, развившихся в экономике в результате реформы 1965 года. Здесь и ухудшение планирования, и деформация системы учета общественного труда, и ведомственность, и многое другое. Но все эти "цветы" произрастают из одного корня - из решения усилить роль товарно-денежных отношений в то время, когда материальные основы для них уже исчезли. Поставив во главу угла стоимостные показатели, реформа тем самым создала ложные ориентиры в деятельности предприятий. Эти показатели, собственно, и явились теми "чужеродными телами", которые как клин были вбиты в основание системы централизованного управления экономикой. Система не смогла их полностью отторгнуть, и они создали постоянно действующий фактор дезорганизации экономики.
А дальше, как известно, в стране началась прямая реставрация капитализма, волна антисоветизма, русофобии и т.д.

В итоге мы уже не так конкурентоспособны, как в середине прошлого века. Но в идеале единственным нашим производством должна остаться добыча углеводородов и вырубка леса. В крайнем случае нескольк предприятий по сборке иностранной техники. При этом индивидуальное благостостояние качальщиков нефти и рубщиков леса (точнее длинных цепочек посредников) будет достаточно высоким, поэтому такая модель успешно лоббируется и прогрессирует на наших глазах - новое руководство того же ВАЗа сворачивает все собственные проекты и перепрофилируется на выпуск румынских "Дачия"...

Хрен с ним. Не в первый раз. Прорвёмся.