Так и хочется усесться в это дряхлое, нерусское кресло, старое и вытершееся, и смотреть на течение обычной жизни на парижской улочке, такой ветхой и грязной, но такой манящей, когда ты от неё далеко.
Так и хочется усесться в это дряхлое, нерусское кресло, старое и вытершееся, и смотреть на течение обычной жизни на парижской улочке, такой ветхой и грязной, но такой манящей, когда ты от неё далеко.